Распечатать
www.norge.ru » Новости из Норвегии | Интересные и актуальные новости и факты о Норвегии

11.11.2007

Путешествие в Северный Париж и обратно

Северный Париж

Рекламные каталоги гласят, что «Тромсё – это северный Париж».Что ж, тогда на самом деле вполне можно считать, что «Париж – это южный Тромсё». Шуткой на шутку. Но Тромсё с его уникальной атмосферой северного норвежского города покоряет сразу и навсегда. Ты словно обитаешь в другой реальности, в другом измерении. Ты навсегда становишься пленником этого даже не города, а какого-то особого творческого пространства, ты находишься в куполе, в колыбели из щедрого солнца (и это в конце сентября!), окружающих гор, фьордов, по которым ходят большие и малые суда, воды, из которой выпрыгивают форели, старинных улиц и домов, памятников, музеев, пестрой толпы местных жителей и многочисленных туристов. И плюс настоящее норвежское гостеприимство, распахнутая душа и готовность всегда прийти на помощь – в магазине, в гостинице или в аэропорту.

SAS – сверхвысокие цены и репутация

Но для начала немного о грустном. Невозможно воздержаться от комментариев в адрес авиакомпании САС, которая стыковала рейсы и продала мне билеты по маршруту Москва-Стокгольм-Осло-Тромсё и Тромсё-Осло-Стокгольм-Москва. Обратный маршрут действительно оказался стыковочным полетом. И никаких нареканий не вызывает. Но полет в ту сторону стоит отметить особо. Купленный мной билет в офисе авиакомпании САС гарантировал мне 100-процентную стыковочность полета. Полет на самом деле оказался абсолютно антистыковочным и очень нервным. Оказалось, что «Аэрофлот», который на самом деле перевозил нас от Москвы до Арланды (международный аэропорт Стокгольма – прим. ред.), должен был выдать мне посадочные талоны на те рейсы, которые были указаны в бумажном билете и в приложенном к нему электронном аналоге, уже в Шереметьево. Я, конечно, этого не знала. Хотя я и вполне опытный пассажир, и часто летаю по скандинавским траверсам. Но таких пересадочных полетов у меня не было давно. Я наивно полагала, что достаточно пройти все пограничные и таможенные формальности, а затем от рейса к рейсу подходить к указанным терминалам и садиться на борт. Но оказалось, что и в Арланде, и в Гардермуене (международный аэропорт Осло – прим. ред.) меня спросили про посадочные талоны. Их мне должны были выдать в Москве, но почему-то не дали. И меня сажали не на те рейсы, которые были указаны в билете, а на те рейсы, где оказывались свободные места. Так что если бы свободных мест не было, то я вполне могла бы заночевать в каком-нибудь аэропорту – либо в Арланде, либо в Гардермуене. И то, и другое не сулило мне ничего хорошего. Вместо 20.10 я прибыла в Тромсё около двух ночи. Я еще немного времени подождала такси и добралась до гостиницы около трех часов ночи. Так что спать было некогда, и утром я отправилась на первые семинары. Единственным утешением мне служило то, что Гранд Нордик Отель оказался выше всяких похвал. Утром – бесплатный и роскошный шведский, вернее, норвежский стол, а вечером – такой же замечательный ужин всего за 75 норвежских крон. Для Норвегии это почти бесплатно.

Интервью

В первый же вечер мне позвонила журналистка с местного радио и телевидения Ингер Юханна Сэтербек и попросила дать ей интервью. Я немного напряглась. Сказала, что я лучше говорю по-шведски, чем по-норвежски. Она сказала «О’кей! Давайте по-шведски!» На следующее утро мы с ней беседовали довольно долго, о шведской и норвежской литературе, которую я переводила, о современной русской литературе, о журналистике в России. Через день, когда открылась выставка «Мертвые перья», она снова позвонила и попросила, чтобы я и мои коллеги из России – Майя Пешкова, Елена Гаревская дали интервью телевидению. Мы призвали на помощь Ольгу Дробот, и она очень помогла с переводом моим коллегам. Я же по-прежнему отвечала на вопросы по-шведски. Интервью длилось почти час, но что осталось в эфире, я не знаю.

Лекции по принципу эстафеты

Первый доклад на тему «Тенденции в современной литературе» делали по принципу эстафеты – Карл Фруде Тиллер, Ларс Рамсли, Ханне Эрставик, Труде Марстейн и Йон Фоссе. Мне очень понравился принцип работы, примерно час докладов и семинаров, затем краткая кофейная пауза. И огромный материал воспринимается очень хорошо. Что типично для современной норвежской литературы? О чем говорят новые писательские голоса? Для нас, переводчиков, это очень ценный и фундаментальный материал.

Куда идет Россия?

На этот вопрос пытались ответить многие русские писатели, философы и социологи. И не только сегодня. «Куда мчишься ты, Русь? Нет ответа». И до сих пор его нет. Очень подробный доклад на эту тему сделала профессор-историк из Архангельска Мария Борисовна Ильичева. Восток-Запад, Азия-Европа, Юг-Север, постсоветские реалии стали центром ее внимания. Каково место России в современном мире? Почему так сложен путь от диктатуры к демократии? С комментариями выступили московский историк и переводчик Виктор Гайдук, норвежский журналист Гейр Сельесет, норвежский славист Гейр Хённеланд.Модератором этой дискуссии был Петер Норманн Воге.

Петер Норманн Воге

Это особая фигура нынешнего фестиваля. Он присутствовал практически везде и был модератором на многих докладах и дискуссиях. Похожий на пастора, блестяще образованный и супердоброжелательный, он стал интеллектуальным мотором этого фестиваля. Писатель, журналист и переводчик, он, кажется, знает все и про Россию и про Норвегию. Уникальный знаток Достоевского и русской философии, православия и русской духовной мысли, норвежской и западной литературы, он обладает какой-то особой духовной силой. Настоящий профессор по духу, он, как мне кажется, пока недооценен в университетской среде. Вот как отозвался о нем замечательный российский философ Григорий Померанц: «Петер Норман Воге сравнивает нацию-государство с холодильником наизнанку. Холодильник создает холод внутри и волны тепла снаружи. Нация-государство создает тепло солидарности внутри, а снаружи — волны ксенофобии, шовинизм, мировые и локальные войны, этнические чистки. Нация-государство не в состоянии справиться с потоками иммигрантов. Современность толкает к мультикультурному государству. В своеобразных условиях Норвегии, где в каждой долине свой говор, свои цвета платьев, мусульмане были приняты как еще одна долина. Этот эксперимент имеет шансы на успех. Но за двести лет (со времен Великой французской революции) сложились привычки единых государств-наций, которые нелегко переменить».

Ибсен не любил Норвегию?

Я знала Петера Норманна Воге заочно. Я писала статью о нем для энциклопедии «Современные зарубежные литературоведы», которая вышла в издательстве ИНИОН РАН. В частной беседе со мной, когда я спросила его, как по его мнению, почему русские эмигрантские писатели очень любили Гамсуна и не слишком любили Ибсена, он обронил такую фразу: «Вообще-то сам Ибсен не очень-то любил Норвегию». И я до сих пор размышляю над ней. Он подарил мне свою последнюю книгу, которая, на мой взгляд, заслуживает внимания наших переводчиков. Она называется "Steppenogtiden". Это эпистолярный обмен мнениями двух друзей – норвежца и русского. Русский герой пишет о Норвегии, а норвежец о России. Это интересный прием. Каждая из глав посвящена какой-то определенной теме.

Книги и купюры

Доклад о современной русской литературе сделал аспирант из Бергена Мартин Паульсен. Меня потрясло его глубокое знание современной русской литературы, творчества Бориса Акунина, Татьяны Толстой, Людмилы Улицкой, Виктора Ерофеева, Виктора Пелевина, Владимира Сорокина и других. И то, как он точно и остроумно делит современную российскую словесность на книги и на денежные купюры.

Открытие

На второй день работы фестиваля состоялось его торжественное открытие. Марри Аилониейда Сомбю, которую все уважительно называли генералом, то есть генеральным секретарем фестиваля, тепло приветствовала гостей и дарила всем литературную антологию местных писателей. Она – поэт и председатель правления местных писателей саами. А Хильде Катрин Эриксен – руководитель проекта, раздавала нам фирменные бирки участников. Поэт, переводчик и певец Йорн Симен Эверли очень эмоционально исполнил песни Владимира Высоцкого. И на норвежском языке они звучали так же адекватно, как и в оригинале. Такой блестящий перевод такого сложного текста! Перевод был сделан самим исполнителем. Затем состоялся концерт симфонического концерта Тромсё. Меня это тоже потрясло – в таком крошечном городе с населением в 65000 жителей есть собственный симфонический оркестр мирового уровня.

Персонажи

Некоторым разочарованием для устроителей фестиваля оказалось то, что писатели, которых заранее приглашали и очень ждали, не приехали – Татьяна Толстая, Людмила Улицкая, Анатолий Приставкин. В связи с этим в программе произошли некоторые изменения.Но вообще, на фестивале мне очень запомнились и понравились Хильде Катрин Эриксен, Лив Лундберг, профессор креатива и литературного творчества университета Тромсё, переводчица Марианне Лунд, Елена Роснес. Елена Роснес – наша бывшая соотечественница, пишет докторскую диссертацию о квенском языке – языке норвежских финнов, живущих в северных районах. К стыду своему, я что-то смутно слышала про этот язык, но не знала, что он вполне живой и интересный. И что главное, есть квенская литература. 

«Мертвые перья» – «Dødepenner»

Но больше всего нас сразила в самое сердце выставка «Мертвые перья». В библиотеке вывесили фотопортреты многих российских убитых журналистов, с краткими биографиями. Эту выставку без преувеличения посетил весь город. Даже таксист, который вез нас с Майей Пешковой в аэропорт, сказал, что она произвела на него неизгладимое впечатление. «Как можно стрелять в журналистов? Как можно убивать беззащитных женщин?» – вопрошал он. А я даже не знала, что ответить. Вообще, меня удивило, что на все дискуссии приходило очень много народу. Студенты и аспиранты сидели на полу. Дискуссия «Может ли пресса обрести свободу?» оказалась самой острой. Специально приехавшая на эту акцию журналист из «Новой газеты» Елена Дьякова подробно рассказала о ситуации с прессой в России, о судьбе «Новой газеты», о трагической гибели Анны Политковской и ходе расследования этого дела. Этот доклад комментировали норвежские журналисты, которые работали в России – Арне Эгиль Тёнсет и Гуннар Сэтра. Они досконально знают все о журналистике в России. Дискуссия была рассчитана на два часа, но растянулась на все три. С мест выступили и я, и Майя Пешкова, и другие российские и норвежские коллеги. 

Детский день

В субботу героями фестиваля стали дети. Маленькие и постарше, русские и норвежские, они приходили на семинары и чтения с мамами и папами. Они внимательно слушали стихи и прозу, а потом смотрели фильм «Итальянец». Хотя, кажется, поняли его не все.

А потом в кафе «Дрив» на набережной состоялись дискуссии о взаимном проникновении и пересечении культур. Но это уже для взрослых. Народу было очень много. Огромный зал был полон, и яблоку было негде упасть.

Переводчики

Особенно следует подчеркнуть работу синхронных переводчиков на этом фестивале. Мне очень понравилось, как работает Марианне Лунд, для нее русский язык такой же родной, как и норвежский. Она переводила очень быстро и очень качественно. Не говоря, конечно, о нашей коллеге Ольге Дробот, которая замечательно переводила многие дискуссии и интервью.

Рыбный суп

На прощание нас пригласили на рыбный суп в один из замечательных старинных местных пабов. Мы сразу стали фотографироваться в обнимку с чучелами белых медведей. Нам раздали талончики на пиво, каждому по одному. Я пиво не пью, Майя тоже отдала мне свой талончик. Мы их поменяли на чай и колу. Суп сварила местная писательница Кристин, а я назвала ее Кристин Ральфсдоттер. Это был замечательный вечер, очень вкусный и очень теплый. Генерал фестиваля сидела со своим другом, африканцем из Дании и кричала: «Посмотрите, вот настоящий датский националист!» А он, высокий и добродушный, кричал нам: «Привет, товарищи!» Так закончились наши приключения.

Я заново открыла для себя Норвегию, которую люблю с детства, еще задолго до очного знакомства с ней. На сей раз меня навсегда покорила Северная Норвегия. Тромсё – еще один пункт моей судьбы, моей биографии. Для меня эта поездка была глотком свежего воздуха и в прямом и в переносном смысле.

И я чрезвычайно благодарна всем коллегам из Посольства Норвегии в Москве, которые помогли мне – и Кари Экен Воллебэк, и Светлане Карпушиной, и Сергею Гаврюшину, и всем остальным сотрудникам Королевского Посольства Норвегии в России.

Журналист и переводчик, член Союза писателей Москвы, к.ф.н. Катарина Мурадян.  Отредактировано и опубликовано пресс-службой Посольства Норвегии в Москве

Опубликовано: БНИЦ/Шпилькин С..В. Источник: Посольство Норвегии в Москве


распечатать

rss новости на norge.ru Обсудить на форуме Все новости за 11.11.2007 Архив новостей Все новости »

Закрыть окно
Все права защищены и охраняются законом.
© 1999-2016, «www.norge.ru»

на правах рекламы:

Ссылки на полезные ресурсы: