Лишение норвежским правительством треста «Арктикуголь» прав на земельный участок вскрыло диаметрально противоположные подходы в освоении природных ресурсов Западной Арктики

Недавно на сайте одного из норвежских СМИ – NRK появилась заметка «Норвегия отклонила требование российской компании о компенсации», речь в которой шла об отказе норвежских властей выплатить тресту «Арктикуголь» возмещение, предусмотренное ст.7 договора о Шпицбергене, за принудительное отчуждение у российской компании ряда прав.

В этой статье договора речь идет об обязательстве Норвегии создания на архипелаге Шпицбергене международно-правового режима приобретения, пользования и осуществления права собственности, включая права на горный промысел. Кроме того, эта статья предусматривает то, что «Принудительное отчуждение может иметь место лишь в целях общественной пользы и за уплату справедливого возмещения».

Требование о возмещении возникло у российского треста «Арктикуголь» несколько лет назад, когда Норвегия на основании национального закона об охране окружающей среды на Шпицбергене создала на земельном участке и горных отводах треста природоохранные зоны, в результате чего тот был лишен права пользования земельным участком и горными отводами, а также отягощен в праве распоряжаться этим недвижимым имуществом.

Для Норвегии обязательство выплатить возмещение возникло в силу обязательств по договору о Шпицбергене, т.е. на основании норм международного права, а заповедники, не имеющие отношения к понятию «общественная польза», она создала на основании национального закона. При этом положений, определяющих порядок оценки ущерба при отчуждении имущества или прав на него, а также осуществления соответствующих выплат, в этом законе нет.

Судя по содержанию информации NRK, при рассмотрении требований треста «Арктикуголь» власти Норвегии опирались на нормативную базу континентальной части Норвегии вне связи с нормативной базой режима Шпицбергена. Такой подход противоречит не только положениям договора о Шпицбергене, но и § 2 норвежского закона о Шпицбергене, где говорится, что «На Шпицбергене применяется норвежское частное и норвежское уголовное право и норвежское законодательство о судопроизводстве, если не установлено иного. Другие положения законодательства не применяются на Шпицбергене, если это не установлено в особом порядке».

В условиях искусственно созданного пробела в нормативной базе щпицбергенского режима Директорат управления природными ресурсами Норвегии должен был бы обратиться с просьбой о проведении экспертизы в независимый международный орган, способный дать объективную юридическую оценку международно-правовым обязательствам норвежского государства. Вместо этого он в течение трех лет пытался как-то юридически обосновать неправомерные действия норвежских властей и обратился для этого за поддержкой к другому национальному органу – правительственному прокурору. Вряд ли такой подход к интересам российского треста в тех арктических пространствах, к режимам которых у России и Норвегии диаметрально противоположные подходы, может служить укреплению доверия в деле совместного освоения природных ресурсов Западной Арктики.

------------------------------------------------------------------------------------------

Статья 7 (английский)

With regard to methods of acquisition, enjoyment and exercise of the right of ownership of property, including mineral rights, in the territories specified in Article 1, Norway undertakes to grant to all nationals of the High Contracting Parties treatment based on complete equality and in conformity with the stipulations of the present Treaty.

Expropriation may be resorted to only on grounds of public utility and on payment of proper compensation.

http://www.lovdata.no/traktater/index.html

Статья 7 (русский)

Норвегия обязуется, в местностях, указанных в статье 1, предоставить всем гражданам Высоких Договаривающихся Сторон, в отношении способов приобретения права собственности, пользования им и его осуществления, включая право заниматься горным делом, режим, основанный на полном равенстве и согласный с постановлениями настоящего Договора.

Принудительное отчуждение может иметь место лишь в целях общественной пользы и за уплату справедливого возмещения.

(Ряд существенных моментов статьи 7 неправильно переведен на русский язык. Подробно о большей части этих ошибок я написал в статье "Сравнительный терминологический анализ некоторых документов о Шпицбергене". Поэтому текст ст. 7 в направленной в Ваш адрес заметке отличается от официального текста.)

Победоносцев К.П.Курс гражданского права. Первая часть: Вотчинные права.

§ 56. Добровольное отчуждение и переход. Случаи отчуждения недобровольного. 1. Конфискация. Историческое ее значение в России и нынешнее применение. Удовлетворение долгов из конфискованных имений. 2. Экспроприация, или понудительное и возмездное отчуждение. Объяснение сего права поводами государственной или общественной пользы. Безусловное свойство отчуждения. Формы и правила отчуждения и вознаграждения по русскому закону и в прибалтийском крае

В понятие экспроприации входит не одно только отчуждение имущества, но и ограничение прав на оное установлением, в государственном или общественном интересе, прав участия, а равно и временное, срочное занятие. На сей предмет в законе 1887 года, коим в издании 1887 года Зак. Гражд. заменены прежние правила об экспроприации, постановлено, что установление в имуществе права участия и временное занятие разрешаются тем же порядком, как самое отчуждение.

http://download.nchti.ru/libr/books/Right/ClassicOfRussianCivilistic/Elib/642.html

-----------------------------------------------------------------------------------

Опубликовано: БНИЦ/Шпилькин С.В. Источник: «РЕГИОН-Медиа»

Автор: Орешенков Александр Михайлович, к.ю.н., г. Москва.